В ЕС для обучения ИИ требуется лицензирование, платформы несут ответственность за рекламу в сторонних магазинах в соответствии с GDPR, новости о цифровых кочевниках в Словении и другие новости — декабрь 2025 года.
Последние недели 2025 года принесли важные судебные решения, изменившие подход технологических компаний к обработке интеллектуальной собственности и персональных данных по всей Европе.
Два крупных решения по вопросам авторского права установили противоречивые прецеденты для практики обучения ИИ, в то время как европейские суды расширили ответственность платформ в соответствии с GDPR таким образом, что это потребует существенных изменений в инфраструктуре соответствия. Между тем, предложенный Польшей налог на цифровые услуги и новая программа для цифровых кочевников в Словении свидетельствуют о продолжающихся изменениях в регулировании и политике, затрагивающих технологические операции.
Немецкий суд постановил, что обучение ИИ требует лицензирования
11 ноября 2025 года Региональный суд Мюнхена вынес решение, которое может стать определяющим в продолжающейся борьбе за данные для обучения ИИ. GEMA, немецкое общество по сбору авторских прав на музыкальные произведения, успешно доказало, что использование OpenAI текстов песен для обучения ChatGPT представляет собой нарушение авторских прав, требующее надлежащего лицензирования.
Аргументация суда основывалась на простом принципе: если модель ИИ может воспроизводить защищенный авторским правом контент в качестве результата, то модель фактически «воплотила» этот контент во время обучения. Этот подход отличается от аргументов о временных копиях или промежуточных этапах обработки. Немецкий суд признал технические механизмы хранения и извлечения информации ИИ не имеющими отношения к анализу авторских прав.
Для технологических компаний это создает немедленные лицензионные обязательства. Решение означает, что любой обучающий набор данных, содержащий материалы, защищенные авторским правом Германии, требует предварительного согласования с правообладателями. Это не ограничивается очевидным копированием — даже в тех случаях, когда процесс обучения включает существенные преобразования, суд сосредоточился на способности модели воспроизводить оригинальные произведения.
Решение также разрешило ключевой вопрос ответственности: ответственность за нарушение несут разработчики ИИ, а не конечные пользователи, которые заставляют систему генерировать результаты, нарушающие авторские права. Это возлагает бремя соблюдения требований непосредственно на компании, создающие и внедряющие модели.
Британский суд применяет иной подход в деле Getty Images
Всего через несколько дней после немецкого решения британский суд рассмотрел аналогичные вопросы в деле Getty Images против Stability AI, придя к выводам, которые еще больше усложняют ситуацию с лицензированием. Дело касалось того, является ли использование компанией Stability AI изображений Getty для обучения Stable Diffusion нарушением авторских прав в соответствии с законодательством Великобритании.
Компания Getty добилась доказательства того, что их изображения использовались без разрешения и что это было копирование. Однако дело приняло необычный процессуальный оборот. Поскольку обучение модели Stable Diffusion происходило за пределами Великобритании, Getty пришлось опираться на теорию «вторичного нарушения» — по сути, утверждая, что загрузка модели ИИ, обученной на контрафактных материалах за границей, аналогична импорту контрафактной продукции.
Суд должен был определить, квалифицируется ли модель ИИ как «изделие» в соответствии с британским авторским правом и является ли программное обеспечение материальным товаром для целей импорта. Хотя полные детали решения суда еще не известны, дело иллюстрирует, как сложность юрисдикции создает проблемы для правоприменения.
Для компаний, работающих на международном уровне, это подчеркивает критический риск: разные юрисдикции применяют принципиально разные правовые рамки к одним и тем же техническим процессам. Практика обучения, которая может быть оправдана на одной территории, может столкнуться с ответственностью на другой, не из-за разных принципов авторского права, а из-за процессуальных и юрисдикционных различий.
На практике это означает, что компании не могут рассчитывать на единообразное отношение по всей Европе, не говоря уже о глобальном масштабе. Каждый рынок требует отдельного анализа, и стратегия лицензирования, работающая в одной юрисдикции, может оказаться неэффективной в другом месте.
Румынский случай расширяет обязанности платформ в отношении GDPR
2 декабря 2025 года Суд Европейского союза вынес знаковое решение, которое коренным образом переопределяет обязанности по защите данных для онлайн-торговых площадок. Дело C-492/23 установило, что операторы платформ квалифицируются как контролеры персональных данных в соответствии с GDPR в отношении персональных данных, содержащихся в рекламе, созданной пользователями, даже если платформа не создает и не одобряет этот контент.
Дело возникло из-за рекламы, опубликованной на румынской торговой площадке, содержащей фотографии и контактные данные женщины, ложно утверждающей, что она предлагает сексуальные услуги. Хотя платформа удалила контент вскоре после уведомления, ущерб уже был нанесен — материал уже был скопирован и переиздан в другом месте.
Суд постановил, что платформы не являются просто нейтральными техническими посредниками. Структурируя контент, предоставляя системы категоризации и монетизируя рекламу, платформы «определяют цели и средства обработки» в соответствии со статьей 4(7) GDPR. Положения условий обслуживания, позволяющие платформам копировать, распространять и изменять контент, дополнительно подтверждают статус контролера.
Более того, суд постановил, что исключения из ответственности, предусмотренные Директивой об электронной коммерции, не отменяют обязательства по GDPR. Платформа может избежать гражданской ответственности за незаконный контент, используя «безопасные гавани» для размещения объявлений, но это не обеспечивает защиты от принудительного исполнения мер по защите данных.
Решение налагает беспрецедентные по своему масштабу превентивные обязательства. Теперь платформы должны внедрять предварительную проверку для выявления данных особой категории в соответствии со статьей 9 GDPR. Это означает наличие технических систем, способных обнаруживать конфиденциальную информацию о расовом или этническом происхождении, политических взглядах, религиозных убеждениях, данных о здоровье и сексуальной ориентации до публикации контента.
Для торговых площадок и платформ объявлений последствия соблюдения требований носят существенный характер. Нельзя просто реагировать на уведомления об удалении после публикации — суд ожидает превентивных мер. Это меняет операционные модели с реактивной модерации контента на превентивную проверку защиты данных. Техническая инфраструктура, необходимая для проверки всех пользовательских материалов на наличие конфиденциальных данных в больших масштабах, представляет собой значительные инвестиции, особенно для платформ, обрабатывающих миллионы объявлений.
Решение также создает четкие риски ответственности в ранее «серых зонах». Если пользователь публикует персональные данные о третьем лице без согласия, платформа теперь несет совместную ответственность как оператор персональных данных. Это означает прямую ответственность за штрафы в соответствии с GDPR, а не только ответственность за размещение контента.
Словения запускает программу виз для цифровых кочевников
21 ноября 2025 года Словения стала последней европейской страной, внедрившей программу виз для цифровых кочевников, присоединившись к растущему списку юрисдикций, конкурирующих за удаленных работников. Программа позволяет гражданам стран, не входящих в ЕС, проживать в Словении до 12 месяцев, работая удаленно на иностранных работодателей или клиентов.
В нынешнем виде виза не подлежит продлению, однако заявители могут подать заявку повторно через шесть месяцев после истечения первоначального срока. Требование к доходу составляет двукратный средний словенский заработок, что призвано обеспечить экономическую самодостаточность без вытеснения местных работников.
Для технологических компаний, особенно тех, у кого распределенные команды или кто рассматривает возможность присутствия в Европе, словенская программа предлагает тактические преимущества. Страна обеспечивает доступ в ЕС без сложностей соблюдения требований, характерных для более крупных рынков, а ее географическое положение между Западной Европой и Балканами обеспечивает логистические преимущества.
Однако структура программы выявляет ее ограничения. Ограничение в 12 месяцев, за которым следует обязательное шестимесячное отсутствие, делает Словению непригодной для создания постоянных представительств или формирования долгосрочных команд. Эта схема подходит для временных проектов или исследовательских этапов, но любое устойчивое присутствие требует перехода к обычным видам на жительство или регистрации корпорации.
Компаниям также следует тщательно учитывать налоговые последствия. Хотя Словения предлагает фиксированную ставку подоходного налога в 10%, цифровые кочевники в большинстве случаев остаются под налоговыми обязательствами своей страны. Визовый статус не создает автоматически налоговое резидентство, что может усложнить требования к отчетности и отчислениям в систему социального страхования.
Более широкая тенденция программ для цифровых кочевников в Европе — Болгарии, Хорватии, Эстонии и теперь Словении — отражает попытки правительств извлечь выгоду из удаленной работы, не предлагая при этом путей постоянной иммиграции. Для технологических компаний эти программы обеспечивают гибкость в краткосрочном развертывании членов команды, но они не заменяют надлежащего планирования международной экспансии.
Польша рассматривает возможность введения 3% налога на цифровые услуги
17 сентября 2025 года польские власти начали консультации по предложенному 3% налогу на цифровые услуги, ориентированному на крупные платформы. Налог будет применяться к компаниям с глобальным доходом, превышающим 750 миллионов евро, и будет сосредоточен на цифровой рекламе, онлайн-маркетплейсах и услугах передачи данных.
Это предложение следует за аналогичными налогами, введенными Францией, Италией, Испанией и Великобританией, несмотря на продолжающиеся переговоры ОЭСР, направленные на многостороннее решение. Польская версия конкретно нацелена на выручку, а не на прибыль, а это означает, что компании будут нести налоговую ответственность независимо от того, достигают ли они прибыльности на польском рынке.
Для технологических компаний это создает ряд непосредственных проблем. Во-первых, налог применяется к валовой выручке, а не к чистой прибыли. Платформа, работающая с низкой маржой, может обнаружить, что 3%-ный налог поглощает значительную часть прибыли. Это особенно затрагивает маркетплейсы и рекламные компании, где объемы выручки высоки, но маржа сжата.
Во-вторых, ожидается, что проект закона будет принят в 2026 году, но детали реализации остаются неопределенными. Компаниям необходимо четко понимать, какие именно услуги подпадают под действие налога, как работает распределение доходов при трансграничных транзакциях и какие обязательства по отчетности применяются. В период консультаций, вероятно, будет проводиться активное лоббирование, но предприятиям следует подготовиться к введению налога в любом случае.
Соединенные Штаты уже предупредили о возможных ответных мерах, рассматривая налоги на цифровые услуги как дискриминацию в отношении американских технологических компаний. В случае введения польский налог может спровоцировать более широкую торговую напряженность, особенно с учетом заявленной позиции новой администрации в отношении европейского регулирования цифровой экономики.
Для компаний, работающих на нескольких европейских рынках, предложение Польши усугубляет и без того сложную ситуацию. Во Франции, Италии и Испании действуют аналогичные налоги с различными пороговыми значениями и методами расчета. В Великобритании существует свой вариант. Управление соблюдением требований в этих юрисдикциях требует специального налогового планирования и местной экспертизы, при этом административная нагрузка возрастает пропорционально количеству обслуживаемых рынков.
Что еще более важно, налоги на цифровые услуги создают постоянные структуры затрат, которые влияют на жизнеспособность бизнес-модели. 3%-ный налог на прибыль может показаться управляемым сам по себе, но в сочетании с корпоративным подоходным налогом, НДС и другими сборами совокупное бремя может сделать некоторые рынки экономически сомнительными для цифрового бизнеса.
Эти события иллюстрируют, как европейская нормативно-правовая база продолжает развиваться в направлениях, которые создают как обязательства по соблюдению нормативных требований, так и операционные ограничения для технологических компаний. Решения по авторскому праву в Германии и Великобритании показывают, что правовая неопределенность в отношении обучения ИИ будет сохраняться, и компании сталкиваются с противоречивыми требованиями в разных юрисдикциях. Решение по GDPR Румынии налагает существенные новые затраты на соблюдение нормативных требований на платформы посредством обязательной предварительной проверки перед публикацией.
Технологические компании сталкиваются с периодом, когда регуляторные издержки растут, в то время как правовая определенность остается недостижимой. Международные операции требуют стратегий лицензирования, специфичных для каждой юрисдикции, поскольку предположение о единообразном подходе в разных странах создает риски.
Wolja Digital отслеживает эти события и помогает технологическим компаниям разобраться в практических последствиях новых судебных решений и изменений в законодательстве. Мы помогаем структурировать ваши операции для управления обязательствами по соблюдению нормативных требований, сохраняя при этом гибкость бизнеса в разных европейских юрисдикциях.